10.1. Общие положения

Односторонние действия как основания возникновения обязательств. Большинство гражданско-правовых обязательств возникают из договоров. Такой способ формирования обязательств в наибольшей мере соответствует потребностям развития экономического оборота. Но обязательства могут возникать не только из договоров, но и из иных юридических фактов, в том числе односторонних действий. Вопрос об основаниях возникновения обязательств в общих чертах уже рассмотрен ранее, поэтому ограничимся указанием на особенности таких оснований возникновения обязательств, как односторонние действия.

Значение основания обязательственного правоотношения для анализа его правовой природы трудно переоценить. По мнению М. М. Агаркова, «основание возникновения обязательства является необходимым индивидуализирующим моментом каждого данного обязательства». Справедливость этого мнения очевидна, особенно в тех случаях, когда между одними и теми же лицами существует несколько однородных по содержанию обязательств, различающихся разве что по основанию возникновения. Кроме того, как отмечал М. М. Агарков, «основание возникновения обязательства определяет его характер». Этим в значительной мере и объясняется необходимость выделения рассматриваемых обязательств в отдельный раздел.

Обязательства рассматриваемой группы не могут быть выделены по какому-либо иному признаку, будь то характер перемещения материальных благ, экономическое содержание, юридическая направленность и т. д. Кроме того, «при их помощи иногда достигается результат, ничем не отличающийся от того, который связывают с некоторыми обязательствами иных групп. Так, ведение чужих дел без поручения может быть устремлено к тому же результату, что и их ведение в силу заключенного между сторонами договора». Таким образом, главным объединяющим моментом для всех указанных обязательств служит именно основание их возникновения, в качестве которого выступают односторонние действия.

В рамках настоящего раздела будут рассмотрены не все обязательства, возникающие из односторонних действий. Во-первых, внимание в основном сосредоточено на обязательствах из односторонних действий правомерного характера. Что же касается неправомерных действий, то они также могут приводить к возникновению обязательств. Так, в результате совершенного деликта между правонарушителем и потерпевшим возникает обязательство по возмещению вреда. Отсюда и название этого обязательства – деликтное. Причем ранее, до причинения вреда, его участники могли и не состоять между собой в каких-либо правоотношениях. Однако вопрос о значении и правовой природе этой группы обязательств рассмотрен в отдельном разделе.

Во-вторых, не все обязательства, возникающие из односторонних действий правомерного характера, попадут в орбиту нашего анализа. Прежде всего, это касается обязательств из неосновательного обогащения. Такие обязательства могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями. При этом необходимо различать объективную противоправность самого факта неосновательного обогащения и характер действий, приводящих к возникновению соответствующего обязательства. Очень часто ими являются правомерные действия, совершаемые либо самим потерпевшим, либо обогатившимся лицом, либо третьими лицами. Рассмотрению указанных обязательств также посвящена отдельная глава. Здесь же обратим внимание на тесную связь рассматривае

мых обязательств с обязательствами из неосновательного обогащения, также порождаемыми правомерными действиями. Раздельное их рассмотрение обусловлено главным образом учебно-методическими целями. Так, для раскрытия правовой природы обязательств из неосновательного обогащения важно охарактеризовать их охранительную направленность, целевое назначение, взаимодействие с иными сходными институтами и т. д. Применительно же к рассматриваемым обязательствам стоит иная цель: выявить роль односторонних действий в возникновении и развитии обязательственных правоотношений.

К возникновению рассматриваемых обязательств приводят, прежде всего, такие односторонние действия, которые совершаются со специальным намерением породить определенные правовые последствия, т. е. являются сделками. При этом речь идет именно об односторонних сделках, для совершения которых достаточно волеизъявления одного лица. Между тем в обязательстве участвуют по меньшей мере два лица – кредитор и должник, наделенные соответствующими правами и обязанностями. Поэтому важно выяснить, при наличии каких условий односторонняя сделка, совершенная одним субъектом гражданского права, влечет возникновение прав или обязанностей у другого субъекта.

Данный вопрос не может быть решен одинаково применительно ко всем видам обязательств из односторонних сделок. Слишком значительны существующие между ними отличия. Тем не менее, это не исключает возможности охарактеризовать то общее, что свойственно всем односторонним сделкам в возникновении и развитии обязательственных правоотношений.

Односторонняя сделка порождает обязательственно-правовые отношения не сама по себе, а в сочетании с другими юридическими фактами. В итоге формируется сложный юридический состав, отдельные элементы которого могут и не быть сделками. Входящие в этот состав юридические факты могут как следовать за сделкой, так и предшествовать ей.

Особую сложность представляют обязательственные правоотношения, имеющие тесную связь с несколькими последовательно совершаемыми односторонними сделками. Сделки эти могут быть направлены как на установление новых, так и на реализацию существующих правоотношений. Первые, как правило, имеют не только правообразующее, но и регулятивное значение, предопределяя содержание будущего обязательства. Роль вторых сводится к тому, чтобы влиять на изменение или прекращение ранее возникшего правоотношения. Поэтому в каждом конкретном случае важно установить, какие односторонние сделки предшествуют возникновению соответствующего обязательственного правоотношения, а какие совершаются с целью его реализации.

Возможна ситуация, когда до возникновения обязательства его будущие участники совершают ряд сделок как одностороннего, так и двустороннего характера. Из этого, однако, не следует, что само обязательство возникает из сложного юридического состава, элементом которого становится каждая из указанных сделок. Так, заключение договора может происходить путем акцепта одним лицом адресованной ему другим лицом оферты. В результате между указанными лицами возникает обязательство. Тем не менее, нельзя считать, что основанием данного обязательства выступает сложный юридический состав, включающий оферту и акцепт. Как справедливо отмечал С. С. Алексеев, «юридические последствия, на которые направлены оферта и акцепт, обладают относительно самостоятельным правовым значением: затрагивая отношения по организации заключения гражданско-правового договора, они существуют лишь до тех пор, пока последний не заключен».


Когда же договор будет заключен, «односторонние сделки, связанные с его заключением… оказываются поглощенными договором». Таким образом, единственным основанием возникшего обязательства следует признать договор.

Аналогичным образом должен быть решен вопрос об основании обязательства, возникающего из сделки, совершенной неуполномоченным представителем. Так, если

одно лицо, превысив предоставленные ему полномочия, заключило договор с третьим лицом, то такой договор считается заключенным от имени и в интересах первого лица (п. 1 ст. 183 ГК), которое и становится участником соответствующего договорного обязательства. Однако ситуация может измениться, если впоследствии заключенный договор будет одобрен представляемым. В этом случае в силу п. 2 ст. 183 ГК правовые последствия заключенного договора наступают для представляемого с обратной силой. Акт одобрения выступает здесь в качестве односторонней сделки, субъект которой в результате ее совершения становится носителем прав и обязанностей, которые порождает ранее заключенный договор. Никаких иных правовых последствий такая сделка не влечет. Поэтому, обладая относительно самостоятельным правовым значением по отношению к договору, она, будучи совершенной, полностью «растворяется» в нем. Едва ли в этом случае такую «растворившуюся» сделку можно считать одним из оснований соответствующего договорного обязательства. В противном случае пришлось бы признать, что в отсутствие указанной сделки соответствующее обязательство не могло бы не только возникнуть, но и существовать в дальнейшем. Не вызывает сомнений то, что само договорное обязательство возникает здесь в силу заключенного неуполномоченным представителем договора. Этим же договором всецело определяется и содержание соответствующего обязательства. Никакого влияния на его возникновение и существование акт одобрения не оказывает.

Таким образом, та или иная односторонняя сделка служит основанием возникновения обязательства лишь при условии, что само обязательство не может возникнуть, а в дальнейшем и существовать в отсутствие данной сделки. Если же этого нет, то речь в лучшем случае может идти лишь о реализации существующего независимо от данной сделки обязательственного правоотношения.

Виды обязательств из односторонних действий: история и современность. В Основах гражданского законодательства 1961 г. и ГК 1964 г. обязательства из односторонних действий были представлены более чем скупо. На общесоюзном уровне был закреплен лишь один вид таких обязательств – обязательство, возникающее вследствие спасания социалистического имущества. Судьба этого обязательства была предрешена коренными преобразованиями социально-экономического строя нашей страны. Социалистическая собственность, как и иные идеологические постулаты социализма, стала достоянием истории, а государственная собственность утратила свое господствующее положение и в настоящее время защищается наравне с иными формами собственности. Поэтому в Основах гражданского законодательства 1991 г., а тем более в действующем ГК аналогичной нормы нет.

В ГК 1964 г. к обязательствам из односторонних действий присоединился конкурс. В Основы гражданского законодательства 1991 г. была включена ст. 118, в которой предусматривались последствия ведения чужих дел без поручения. Это своего рода предтеча норм, закрепленных в главе 50 ГК, название которой более точно определяет существо возникающего обязательства.

В то же время правовое регулирование обязательств из односторонних действий и тогда не строилось по принципу исчерпывающего перечня. В силу ст. 4 ГК 1964 г. порождают гражданские права и обязанности не только действия, прямо предусмотренные законом, но и те, которые хотя и не предусмотрены законом, но не противоречат общим началам и смыслу гражданского законодательства.

Сказанное полностью относится и к действующему законодательству. Правило, аналогичное закрепленному в ст. 4 ГК 1964 г., содержится в п. 1 ст. 8 ГК. Вместе с тем следующие виды обязательств из односторонних действий выделены в ГК особо: обязательства из действий в чужом интересе без поручения (глава 50), обязательства из пуб

личного обещания награды (глава 56), обязательства из публичного конкурса (глава 57). Дадим краткую общую характеристику каждого из них.

С принятием части второй ГК обязательство из действий в чужом интересе без поручения получило должную правовую основу. Ему посвящена глава 50 ГК. При ознакомлении с указанным обязательством бросается в глаза его сходство с обязательством, основанным на договоре поручения. Неслучайно глава 50 ГК помещена вслед за главой о договоре поручения. Права и обязанности субъектов рассматриваемого обязательства – гестора и доминуса – однородны с правами и обязанностями поверенного и доверителя, а само возникающее при этом обязательство еще римские юристы считали «как бы договорным». Более того, это по сути квазидоговорное обязательство может трансформироваться в договорное в результате одобрения доминусом совершенных в его интересе действий. В дальнейшем к отношениям сторон применяются правила о договоре поручения или ином договоре, соответствующем характеру предпринятых действий.

В числе предусмотренных действующим ГК обязательств из односторонних действий видное место занимают обязательства из публичного обещания награды и из публичного конкурса. Указанные обязательства роднит то, что и в том и в другом случае лицо принимает на себя обязанность уплатить награду за достижение обусловленного результата тому, кем он будет достигнут. Однако награда может быть обещана за достижение результата двоякого рода. Одно дело – написание на заданную тему художественного произведения, разработка концепции повышения эффективности производства и т. д. Такие результаты могут быть достигнуты разными лицами независимо друг от друга. При этом, что не менее важно, существует объективная возможность их сопоставления по тем или иным параметрам с целью определения лучшего. Иначе обстоит дело с единственными в своем роде результатами, которые поддаются лишь однократному достижению либо могут быть достигнуты несколькими лицами одновременно при условии, что сами результаты абсолютно несопоставимы между собой. Так, отыскать утерянную вещь может лишь одно лицо, нельзя сделать это лучше или хуже. Сообщить необходимые сведения, напротив, может любой, кому они по тем или иным причинам стали известны. Если таких лиц окажется несколько и невозможно установить, кто совершил соответствующее действие первым, каждое из этих лиц вправе претендовать на часть объявленной награды независимо от полноты и иных качеств сообщенных им сведений. Таким образом, необходимо различать публичное обещание награды как родовое понятие и публичный конкурс как его разновидность. Обязательство, порождаемое последним, обусловлено достижением не просто желательного, а такого результата, который окажется лучшим среди достигнутых.