4.12.  Психологические основы ведения переговоров с преступниками

Правовые и организационные основы ведения переговоров. В современных условиях сотрудникам правоохранительных органов нередко приходится вести переговоры с преступниками.

Переговоры - один из ненасильственных способов борьбы с преступностью, основанный на законе, нравственности, психологии и представляющий собой в ряде криминальных ситуаций диалог с преступниками (преступными организациями, обществами, группами) в целях склонения их к отказу от дальнейшей преступной деятельности, а также активного содействия раскрытию и расследованию преступлений, розыску и задержанию совершивших их лиц, устранению причиненного вреда, получения оперативной и криминалистически значимой информации. Таким образом, суть переговоров — правомерное психологическое воздействие.

Переговоры с преступниками и их психологическое обеспечение основываются на ряде нормативно-правовых источников как на уровне федеральных законов, так и подзаконных актов.

К компетенции правоохранительных органов отнесена борьба с терроризмом посредством предупреждения, выявления и пресечения преступлений террористического характера, преследующих конкретные цели.

Эта борьба, включая использование возможностей переговоров с преступниками, должна проводиться с учетом принципов  законности, приоритета мер предупреждения терроризма, неотвратимости наказания за осуществление террористической деятельности, сочетания гласных и негласных методов борьбы с терроризмом, комплексного использования профилактических, правовых, политических, социально-экономи-ческих, пропагандистских мер, приоритета защиты прав лиц, подвергающихся опасности в результате террористических акций, минимальных уступок террористу, едино-началия в руководстве привлекаемыми силами и средствами при проведении контртеррористических операций, минимальной огласки технических приемов и тактики проведения контртеррористических операций, а также состава участников указанных операций.

Переговоры с преступниками одновременно являются средством получения оперативно-розыскной и криминалистически значимой информации. Диалоговое общение с преступниками, личность которых неизвестна, позволяет получить данные, необходимые для их идентификации и раскрытия преступления. Рекомендации оперативно-розыскной психологии дают возможность разобраться с ролью каждого участника террористической акции, собрать комплекс сведений, относящихся к предмету доказывания по уголовному делу. Материалы аудио- и видеофиксации переговоров с преступниками в дальнейшем становятся судебными доказательствами, по которым проводятся криминалистичеcкие и иные экспертизы.

Обеспечение личной безопасности переговорщиков — важнейшая задача лиц, осуществляющих руководство переговорной деятельностью в экстремальных условиях совершения террористической акции. Бытующие на Западе рекомендации по предпочтительности ведения переговоров «лицом к лицу» зачастую неприменимы в нашей стране из-за непредсказуемости поведения террористов. В этих случаях использование возможностей средств связи позволяет дистанцировать группу ведения переговоров и террористов. Не допускается распространение информации о лицах, принимающих участие в ведении переговоров с преступниками.

Ведение переговоров с преступниками — тяжелый напряженный труд. Международная практика выявила особый стресс — «стресс переговорщика», который вызывается нервным переутомлением. В этой связи необходима реализация мероприятий по психологической поддержке переговорщиков, восстановлению их психического и физического здоровья. Переговорщики, как лица, участвующие в борьбе с терроризмом, подлежат правовой и социальной защите, на них распространяются другие льготы, предусмотренные законодательством.

Переговорщики подбираются на добровольной основе с учетом личных и профессиональных качеств из числа сотрудников, владеющих даром убеждения, отличающихся самообладанием, эмоциональностью, быстротой реакции, наличием необходимых интеллектуальных, коммуникативных, характерологических задатков, гуманных побуждений. Они должны обладать достаточными знаниями в области психологии и педагогики, пройти специальную подготовку. В звене городских и районных органов внутренних дел должны выделяться прошедшие подготовку сотрудники, способные до прибытия группы переговоров вступать в диалог и устанавливать полезные психологические контакты с лицами, совершающими преступление.

Стратегия и тактика переговоров. Переговоры с преступниками — диалог с целью достижения соглашений, компромиссов, как любое состязательное действие, имеют свою стратегию и тактику. Линия переговоров со стороны сил правопорядка ориентируется на установление психологического контакта, достижение конструктивных взаимоотношений, оказание психологического влияния с целью изменения поведения преступников. В упорной психологической борьбе приходится преодолевать их сопротивление, склоняя к отказу от совершения противоправных действий и освобождению заложников, к добровольной сдаче властям.

Арсенал психологических методов и приемов, характеризующих мастерство переговорщиков и учитывающих особенности конкретной ситуации криминального характера, должен быть велик и гибок.

Здесь имеют большое значение наработанные психологической наукой и педагогикой методы убеждения, внушения (вербального и невербального), стимулирования, психологического давления. Убеждение как главный метод психолого-педагогиче-ского воздействия предполагает использование возможностей разъяснения, опровержения, приведения доказательств. Логическая аргументация позволяет показать лицам, совершающим преступления, бессмысленность их противостояния силам правопорядка. Обращение к эмоционально-волевой сфере нередко бывает весьма действенным приемом психологического воздействия и весьма успешно используется во многих случаях переговоров с преступниками. Вызов альтруистических эмоций, чувства страха позволяет преодолеть психологические барьеры, удерживать преступников от достижения преступных целей. Поскольку многие террористические акции совершаются группой лиц, важно разобраться с индивидуальными психологическими особенностями каждого участника группы, использовать имеющиеся в их среде конфликты, нейтрализовать тех, кто занимает наиболее агрессивную позицию.

Анализ психологических особенностей взаимоотношений, возникающих между террористами и их жертвами, выявил так называемый «стокгольмский синдром», который выражается в необычном чувстве взаимной симпатии. Положительная сторона синдрома — снижение опасности посягательств на жизнь и здоровье жертв преступления, увеличение возможности их освобождения преступниками. Отрицательная — использование террористами жертв преступления для оказания воздействия на органы правопорядка (дезинформация и др.).

Изучение практики переговоров с преступниками указывает на два наиболее характерных периода их ведения, которые заметно отличаются друг от друга

содержанием, положением сторон, эмоциональной окраской: 1) первоначальный и 2) последующий.

Наиболее сложным, с психологической точки зрения, является первоначальный период переговоров. Он характеризуется внезапностью действий преступников, их стремлением подавить волю представителей правоохранительных органов, навязать им удобные для себя формы диалога. При этом в ход идут разного рода оскорбления, угрозы, шантаж, предъявляются ультимативные требования о выполнении условий в краткие сроки.

Наиболее правильной тактической линией правоохранительных органов в такой экстремальной ситуации является демонстрирование психологической устойчивости, снятие эмоционального напряжения, затягивание переговоров для того, чтобы выиграть время для всестороннего уточнения обстоятельств возникновения криминальной ситуации и осуществления разведывательных (диагностических) поисковых мероприятий. Цель этих мероприятий — выяснение личности преступников, их численности, наличия у них судимостей, возрастных, физических, психических и других особенностей, а также получение сведений о намерениях и связях преступников, видах и количестве оружия у них. Одновременно выясняются число захваченных заложников, их установочные данные, местонахождение, отношения с преступниками, состояние здоровья. Проводится рекогносцировка для выбора наиболее целесообразной формы дальнейшего ведения диалога (устной, письменной, с использованием технических средств связи и усиления звука, через посредников, с помощью переводчиков).

С учетом собранной информации принимается решение о задействовании сил и средств, включая специальные средства и оружие, для обеспечения безопасности и возможного пресечения преступных действий силой. Их развертывание должно явиться аргументом, подтверждающим решимость правоохранительных органов принять меры, направленные на задержание преступников и освобождение заложников, на ведение переговоров с позиции силы. Главное здесь — не растеряться, успокоить сторону, выдвигающую незаконные требования, ввести разговор в русло длительного обсуждения. При этом надо иметь в виду, что и для преступников высказываемые ими угрозы (убийства, например) носят, как правило, «демонстративный» характер, можно сказать, рассчитаны на испуг представителей правоохранительных органов. На пути реализации угроз лежат соображения преступников о том, что именно угрозы (а не их исполнение) являются по существу единственным способом достижения их целей.

Психологическое обеспечение этого периода переговоров с преступниками предполагает использование технологий установления психологического контакта с лицами, совершающими преступления, создание на основе получения исходной информации их психологического портрета, разработку на этой основе сценария дальнейших действий.


Второй период ведения переговоров с преступниками связан с рассмотрением конкретных требований или условий, которые выдвигают преступники, и внесением логических элементов в переговоры. Сам этот факт в значительной степени предопределяет известную пассивность позиции преступников, ибо им приходится рассматривать различные варианты решений, предлагаемые правоохранительными органами, соглашаться с ними или отвергать их. В то же время правоохранительные органы получают возможность мобилизовать необходимые силы и средства, которые воспринимаются преступниками как угроза, крушение их замыслов. Иными словами, начало второго периода переговоров нередко является залогом успеха. Однако положение подчас усугубляется тем, что преступники (особенно лица, захватившие заложников) продолжают «психологическую атаку», навязывают тактику «митингового» обсуждения, создают трудности в конкретном рассмотрении предмета переговоров.

Наиболее оправдывает себя здесь тактический контрприем — предложение преступникам выделить своего представителя (посредника) для обсуждения в более спокойной обстановке выдвинутых ими условий. Преступники обычно опасаются, что их представитель может вне контроля соучастников пойти на поводу у сотрудников правоохранительных органов. Эти сомнения необходимо рассеять, предложив преступникам самим определить, где и когда может быть установлен контакт с их представителем, как они будут информироваться о ходе переговоров. Замечено, что выделение преступниками представители обычно направляет переговоры в более спокойное русло.

Во втором периоде переговоров возможен перехват у преступников инициативы в диалоге. Это обеспечивает повышение эффективности психолого-педагогического воздействия на преступников, склонение их к отказу от противоправного поведения. В результате они снижают свою активность в переговорах, делают паузы для ответа на предложения стороны, захватившей инициативу в диалоге, теряют последовательность в своих утверждениях и требованиях, занимают оборонительную позицию, начинают прислушиваться к доводам и суждениям другой стороны. Главным доводом во всех

переговоpax, связанных с захватом заложников, должна быть постоянно подчеркиваемая для преступников в различной интерпретации мысль о том, что диалог с ними имеет смысл лишь в том случае, если они гарантируют жизнь и здоровье заложникам. В противном случае применение силы закона является правомерным и неотвратимым, вплоть до использования оружия на поражение. На протяжении всего времени переговоров необходимо поддерживать у преступников убеждение в возможном удовлетворении их требований, чтобы удержать их от насилия по отношению к заложникам или от совершения ими других преступных намерений.

Два периода переговоров с преступниками могут быть детализированы. Выделение в них ряда этапов позволяет более свободно ориентироваться в ходе диалога с преступниками, способствует достижению большей логичности и последовательности ведения такого диалога, повышает профессионализм в осуществлении переговоров с преступниками, помогает более быстрому получению необходимых результатов.

Первый этап — во время его реализации обобщается первоначальная информация о возникновении криминальной ситуации, требующей ведения переговоров, принимается решение об их ведении, выделяются переговорщики, собираются дополнительные данные о создавшемся конфликте, определяется тактика ведения диалога с преступниками, устанавливаются контакты с ними, достигается стабилизация обстановки.

Второй — «захват позиций». В ходе его осуществления организуется задействование сил и средств, обеспечивающих общественную безопасность, прорабатывается возможность разрешения конфликта силой, изыскиваются меры психолого-педагоги-ческого воздействия на преступников и склонения их к отказу от противоправного поведения.

Третий этап включает в себя выдвижение условий и обсуждение их приемлемости, поиск компромиссов, нахождение вариантов взаимоприемлемых решений, торг, психологическую борьбу.

Четвертый этап включает достижение полного или частичного соглашения, определение путей его реализации, анализ проведенной работы.

На всех этапах переговоров надо постоянно иметь в виду возможность уменьшения числа заложников, в первую очередь женщин, детей, больных и пожилых людей, используя для этого все поводы. Каждый освобожденный заложник — успех, достигнутый переговорщиками. Выделение указанных периодов и этапов позволяет более конкретно определять формы и методы психологического воздействия на преступников, добиваясь большей его эффективности.

Тактика при «тупике» переговоров. Анализ требований, выдвигаемых преступниками, позволяет определить мотивы преступных действий и три категории выдвигаемых условий:

1)  непротивоправные, приемлемые (выслать комиссию для проверки жалоб, представить возможность выступить в средствах массовой информации, предъявить претензии к государственным и иным органам, добиться возвращения долгов, разрешить бытовые конфликты и т.д.);

2) противоправные, приемлемые (добиться выезда за рубеж, получить выкуп, транспортные средства и т.д.);

3) противоправные, неприемлемые.

При ведении переговоров с террористами в качестве условий прекращения ими террористической акции не должны рассматриваться вопросы о выдаче террористам каких бы то ни было лиц, передаче им оружия и иных средств и предметов, применение которых может создать угрозу жизни и здоровью людей, а также вопрос о выполнении политических требований террористов. Ведение переговоров с террористами не может служить основанием или условием их освобождения от ответственности за совершенные деяния. Соответствующее реагирование сил правопорядка на выдвигаемые условия определяет характер и направленность психологического воздействия на лиц, совершающих преступления.

В случае упорного выдвижения преступниками неприемлемых условий, когда переговоры зашли в тупик, т.е. стороны не нашли взаимоприемлемых решений, договоренность не достигнута, используется технология переговоров «для прикрытия» (оперативная игра).

Такое положение в основном возникает, когда возможный вред от принятия выдвигаемых преступниками условий превышает уровень того вреда, который уже достигнут в результате учиненных преступных действий. Осознание тупика переговоров влечет за собой постановку вопроса о применении силы, если речь идет о сохранении жизни заложников. Упорство преступников может быть сломлено

насильственными мерами, но эти меры возможно осуществить лишь в наиболее удобный момент, когда обстановка максимально способствует сохранению жизни и здоровья заложников, а также в определенной степени самих преступников. Кроме того, данная акция должна непременно гарантировать безопасность сотрудников правоохранительных органов и других лиц. В этих целях и используются переговоры для прикрытия.

Суть названных переговоров — продолжение диалога с преступниками для создания ситуации, при которой можно наиболее эффективно и безопасно осуществить операцию пресечения преступных действий. Переговоры становятся прикрытием успешной реализации намеченных планов использования имеющихся у правоохранительных органов сил и средств. Вести подобные переговоры надо так, чтобы преступники не почувствовали изменения тональности диалога, не догадались о принятом решении подавить их сопротивление силой. Здесь возможны из тактических соображений фиктивное согласие на выполнение определенных требований, демонстрация выполнения выдвинутых преступниками условий и т.д. Чем больше контраст между успокаивающей манерой ведения переговоров и внезапностью решительного применения силы, тем эффективнее результат. В этом смысл и назначение переговоров «для прикрытия».

Переговоры для прикрытия незаменимы в случаях ведения диалога с преступниками, когда их местонахождение неизвестно (угрозы совершить террористические акты, передаваемые по каналам связи, при похищении людей и др.).

Переговоры с душевнобольными. От переговоров с преступниками в собственном смысле следует отличать их имитацию. Она возможна в случаях, когда приходится иметь дело с душевнобольным человеком. По существу, здесь отсутствует субъект переговоров, реагирующий на логическую сторону диалога и отдающий себе отчет в содеянном. В данных случаях имитация переговоров должна быть направлена на снятие агрессивности поведения. При этом необходимо демонстрировать согласие с требованиями и высказываниями собеседника, даже с самыми нелепыми, не отказываться от обещаний, которые могут быть и невыполнимыми, идти на блеф, чтобы в удобном случае применить силу для пресечения общественно опасного поведения такого лица. Подобные диалоги лишены своей содержательной части и по существу являются психотерапевтическим прикрытием принятия насильственных мер, позволяющих устранить опасность.

Имитация переговоров, применяемая в случаях вынужденного общения с душевнобольными, должна основываться на рекомендациях психиатрии, которая предлагает использовать мотивы отвлечения от навязчивости, охватившей больного, переводить поток его мышления на другие темы, внушать ему образы, снижающие агрессивность. Это достигается анализом характерных деталей его поведения, высказываний, доминирующих элементов суждений, приведших к общественно опасным действиям, и заменой их другими, не связанными с возникшей ситуацией. Желательно привлечение к контактам с больным специалиста-психиатра либо иного медицинского работника, имеющего знания по психиатрии, использование данных психодиспансеров [14].