10.2  Учет в эпоху Петра I

Из истории известно, в России в XVIII в. Петр I проводил реформы, затронувшие многие стороны хозяйственной и социальной жизни. В 1701 году бала создана «консилия» министров. В «консилии» были установлены строгий порядок работы, регистрация документов, ведение протоколов, отчетности. Не избежала коренного изменения и постановка учета. В 1710 году в правительственной газете «Ведомости о военных и иных делах» появилось слово «бухгалтер». Хотя впоследствии было предложено использование русского аналога – «книгодержатель», оно не прижилось.

В это время учету и контролю уделяется огромное внимание. Инструкции по организации учета издаются как государственные акты. Первый государственный акт, в котором нашли место вопросы учета, датируется 22 января 1714 года. Эти положения были обязательны для государственного аппарата и государственной промышленности. Они требовали:

1) своевременности записи и чтобы «счет был бы скорый»;

2) ежедневного ведения приходно-расходных книг;

3) строгого персонального подчинения ответственных лиц.

В 1718 году были созданы 12 коллегий, построенных по отраслевому признаку. В частности, в Финансовую коллегию входили: Камер-коллегия (собирала доходы), Штатс-коллегия (производила расходы), Ревизион-коллегия (проверяла деятельность двух предыдущих).

Крупнейшим событием в истории русского учета было издание Регламента управления Адмиралтейства и верфи от 5 апреля 1722 года. Здесь появились слова: бухгалтер, дебет, кредит.

Особым приказом 11 мая 1722 года была подчеркнута необходимость составления регламентов на других крупных предприятиях, причем Адмиралтейский Регламент рассматривался как типовой. Регламент оказался сложным, и 16 декабря 1735 года были введены новые книги для учета в Адмиралтействе.

Адмиралтейский Регламент 1722 года предусматривал довольно строгую систему натурально-стоимостного учета материалов. В управлении Адмиралтейства велась «Приходная материалам по алфабету книга», в которой «прописывается всякого звания провиант по алфабету».

Учет вели по наименованию, количеству, цене и сумме. На складе магазин-вахтер (кладовщик) вел две магазин-вахмистрские (материальные) книги. Обе они были

прошнурованы, листы пронумерованы, опечатаны и подписаны кладовщиком и контролером. Первая книга – журнал хронологической записи, в ней записывались приходные и расходные операции. При оприходовании материалов сдатчику нужно было «дать квитанцию за руками всех, кто засвидетельствовал прием в книге». Отпуск материалов был возможен только при наличии приказа на отпуск, который должен был быть «подписан от контролера». В журнале и в приказе кладовщик и получатель расписывались. Офицер магазина (зав. складом) «должен о всем расходе подавать ведомость в контору по вся недели на осьмой день». Специальная книга открывалась для учета выполнения договоров с подрядчиками.

«Сперва, на листе дебет пишется; сколько обязался подрядить, а справа (кредит) оставляется свободное место, где по мере выполнения договора пишется, сколько и когда поставлено». Таким образом, можно считать этот документ первым в России, где появились признаки линейного метода учета поступления материалов.

Адмиралтейский Регламент оказал огромное влияние на всю систему бухгалтерского учета в России, в частности на общегосударственную методику учета на материальных складах, где последовательно проводится принцип оформления всех фактов хозяйственной жизни с помощью первичных документов. Записи, не оправданные документами, не принимались.

В этот же период в системе учета центральное место приобретает учет запасов на складах. Строился Санкт-Петербург, Россия воевала, поэтому строжайше регламентировалось снабжение материалами армии, строительства и промышленности. На военных интендантских складах ежемесячно провиантмейстер (заведующий) вместе с камериром (воинским инспектором) должны были сдавать в штатс-конторколлегию (интендантское управление) ведомость о наличии остатков.

В конце года или в случае возникновения подозрений проводились сплошные инвентаризации. Цель инвентаризации определялась так: «дабы подлинное известие иметь о наличном провианте, которой при окончании годового счета в остатке написано: того ради в половине декабря месяца пересматривать и переписывать всякий запас в магазине двум человекам, добрым людям, которых губернатор по своему рассуждению определять будет, и потом надлежит оную роспись, списав трижды, от учрежденных к такому делу закрепить, из которых трех росписей отошлет губернатор первую в камер-коллегию, другую в штатс-контору и третью приложить к счету, которой написан в земскую книгу, и таким подобием, без умедления, подлинно дознаться можно, касались ли рентмейстер и провиантмейстер до казны и магазейна, или по надлежащему они поступали; також и ему губернатору и земскому камериру (надзирателю) свободно, когда за потребно обряшут, или ежели основательное какое подозрение имеют, и при других временах года приказать такие росписи учинить, и обретающийся провиант досматривать». Выявленные остатки должны были сверяться с отчетом провиантмейстера.

Поскольку государство в то время имело винную монополию, принципы документирования соблюдались и на винокуренных казенных заводах.


Там были введены для материального учета приходно-расходные книги. В них на каждое наименование открывался счет, куда все приобретенные запасы «записывались порознь, равно как их цены и место купли», «чтобы у головы и у целовальников в том, какого воровства и кражи и спору не было и лишнего ни в чем не приписывали».

На уральских металлургических заводах крупнейшим металлургом века В.И. Генниным (1676 – 1750 гг.), была разработана законченная система учета. Так, учет выработки предусматривал вывешивание у каждой домны табельной доски, на которой отмечалась мастерами выработка готовой продукции, а также количество идущего в переработку сырья. «И в каждую субботу, списав со оных досок таблицами на полулистах, рапортовать ему, мастеру, в припасную контору для записи и с того в приход и расход и лучшего порядка в щетах. А в припасной конторе, те подаваемые от мастера табели содержать особливо книгою, собирая их в столпы».

Для учета проработанного времени мастер должен был «…записывать, кто в который день, у какой работы был, а по прошествии месяца оную роспись мастеру или кому приказано будет, заруча, подать ему, управителю, а он должен свидетельствовать, ежели исправно, писать в Сибирской Обербергамт для заплаты денег».

При передаче дел одним мастером (старостой) другому находящиеся на ответственности первого мастера ценности должны были передаваться после инвентаризации. Под инвентаризационной описью расписывался принявший дела мастер.

На государственных металлургических уральских заводах (1735 г.) материальный учет велся в книгах «С» и «D» (кредит, дебет). Таких книг велось двенадцать – по числу групп материалов. В книгах надо «записывать каждую вещь по содержанию своему щетом, мерою и весом и по цене». Книги должны были быть прошнурованы, листы в них пронумерованы и скреплены печатью. Учет тесно переплетался с планированием, причем вся ответственность за простои в производстве возлагалась на управляющих. За несвоевременную подачу заявок на уральских заводах на виновных налагался штраф.

Как ранее отмечалось, порядок отпуска и оприходования материалов должен был быть строго документирован: «Без письменного указу ни малой вещи никуда не отпускать и в расход не записывать ни по чьему словесному приказу или требованию под заплатою тройные цены». Это положение сохранялось и при отпуске материалов своим заводам: «Припасы с одних на другие заводы отпускать по указам, с росписками, и чтобы отповедь письменная была от управителей тех заводов, что получено, и в книги записать за счет тех заводов по цене настоящей». В отношении расходных операций сказано: «…записывать оные по силе регламентов и указав имяно, кому, на какое дело колико числом (количеством) мерою или весом дано, и книги содержать порядочно и чисто так же, как и о приходных показано».

На приходных документах на уральских заводах проставлялся номер страницы приходно-расходной книги.

Имелись на уральских заводах и указания о методике организации архива: «По прошествии года, все дела, разобрав, и которые касаются к щету, те переплесть … с оберткою в коже, и учиня тому всему ясные описи. …содержать … и хранить во всякой чистоте, а паче от пожара, дабы оные, такоже приходные и расходные книги не погорели, ибо от того немалая беда произойти может».

Из сказанного видно, что в промышленности учет постепенно начинает складываться в определенную строгую и сложную систему. Промышленный учет в петровской России имел огромные достижения. На предприятиях впервые были обеспечены:

· сплошное документирование всех фактов хозяйственной жизни;

· регулярность проведения инвентаризаций и составления отчетности;

· более совершенная методика исчисления затрат;

· применение линейной записи в учете;

· аналитичность информации, необходимой для управления отдельными структурными подразделениями предприятия.

Вместе с тем промышленный учет не знал системы двойной записи, ибо психологически бухгалтерам были более понятны натуралистические учетные идеи, когда все затраты фиксируются в том измерении, в котором они возникают. Например, куплена бочка водки за 3 руб. Водка приходовалась без всякой связи с деньгами, а кассовый остаток уменьшался на 3 руб.:

В связи с административными реформами, проводимыми в государстве, изданием различных законодательных актов и инструкций, заимствованных из западной, прежде всего шведской практики, при Петре I организация учета была пересмотрена в целях:

1) усиления контроля за сохранностью собственности;

2) увеличения доходов казны.

В целом в результате реформ в российском бухгалтерском учете появились следующие важные элементы:

· сплошное документальное оформление фактов хозяйственной деятельности;

· систематическая инвентаризация ценностей;

· калькуляция (расчет) затрат, связанных с производством продукции;

· анализ и синтез информации о хозяйственной деятельности.

В конце XVIII в. в России вышла первая переводная книга по бухгалтерскому учету, в которой весь процесс отражения хозяйственной деятельности был изложен с позиций двойной записи. В результате этого зарубежный опыт стал использоваться успешнее, однако заимствования в России всегда сочетались с национальными интересами и традициями.