4. ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ КРИЗИСЫ И ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ПОДДЕРЖКА

4.1. Понятие кризиса в психологии

В наше время «кризис», «стресс», «напряженность» и т.п. – очень часто употребляемые и актуальные слова. Всем понятно, что они относятся к некоторым особым моментам в жизни, которые могут приводить к печальному исходу. Поэтому бытует мнение, что их надо избегать и с ними надо бороться. Однако это не так, и при ближайшем рассмотрении становится понятным, почему. Мы ограничимся рассмотрением такого явления, как психологический кризис.

Каждый человек, отдает он себе в этом отчет или нет, имеет некое содержательное психологическое «ядро» – смысл жизни. Активность человека реализуется через многочисленные интеллектуальные, эмоциональные, мотивационные, волевые и другие механизмы. Каждым своим действием и поступком он как бы говорит себе: «А я вот такой». Психологический кризис – это невозможность осуществлять цикл воплощения себя, свой жизненный замысел. При этом нет нарушений функций мозга, человек практически здоров. Он может, конечно, заболеть, у него может возникнуть, например, невроз, но не в этом суть.

Внешние обстоятельства дают возможности, при которых человек может действовать, как и раньше. Но развивать прежнюю активность он уже не может по внутренним психологическим причинам, он как бы утратил понимание того, что ему это нужно. Такое состояние сопровождается интенсивными, часто отрицательными по окраске эмоциями. Возможны трудно поправимые, тяжелые и даже трагические поступки, человек может заболеть, оказаться психологически травмированным на всю жизнь. Но возможны и прямо противоположные последствия: человек может стать более зрелым, собранным, добрым, человечным, сильным, смелым и мудрым – «вырасти», подняться на новую ступень в своем развитии.

Человек в течение своей жизни ни один раз переживает психологические кризисы. Выделяют различные виды кризисов в зависимости от причины: отрыва от семьи, ухода на пенсию, резкой смены профессии, изменения (понижения или резкого повышения) социального статуса. Грубо можно выделить кризисы: возрастные, по соматическим основаниям (болезнь), социально-статусные (или ролевые) и внутреннего роста.

С возрастом изменяются возможности и внутренние состояния. Человек вдруг осознает, что он уже взрослый, и ему можно то, чего нельзя было вчера; он отец ребенка, глава семьи и от него зависит судьба жены и детей. Или, когда  умирает близкий человек, оказывается, что он значил так много, что жизнь без него бессмысленна.

Весьма отчётливо психологическая суть кризиса выступает при кризисе достижения (успеха). Например, человек стремится стать олимпийским чемпионом. Вся жизнь с раннего детства расписана по минутам: тренировки, режим питания и т.п. Родители подчиняют свою жизнь той же задаче: ребенок будет чемпионом! В 24 года он стоит на пьедестале, звучит гимн, он – олимпийский чемпион. А когда отгремели литавры победы, в тишине возник вопрос: а что дальше? И оказалось, что ответа нет. Возник тяжелый кризис: дальше неинтересно, все интересное позади, а впереди много, много пустых дней. Зачем они – непонятно.

Итак, кризисы – явление закономерное и необходимое для роста личности. Основной вопрос в том, что нужно суметь выйти из кризиса достойно и более зрелым, сильным, чем раньше. Перед каждым человеком всегда стоит вопрос об ответственности за себя: как «вписаться» в жизнь, как распорядиться тем, что заложено в тебе природой, родителями и усвоенной культурой, как организовать свое внутреннее «хозяйство», в том числе и наиболее тонкое – психологическое, особенно, когда нужно как бы умереть и родиться в новом обличии, пройдя психологический кризис.

Прежде чем говорить о течении кризисов, логично остановиться на их типах в зависимости от тех психологических механизмов, которые испытывают максимальные напряжения. Известно, что психологические процессы, которые мы вслед за Ф. Е. Василюком будем называть переживанием, имеют свои внутренние цели. Их четыре:

1) испытать сейчас («здесь и теперь») удовлетворение;

2) реализовать какую-то деятельность соответственно какому-то мотиву;

3) обеспечить упорядоченность своего внутреннего мира;

4) обеспечить личностный рост (прогресс личностной структуры) стать психологически совершеннее.

Осуществление совокупности этих целей заключается  в реализации психической жизни. Невозможность реализации любой из них приводит к разным видам психологических кризисов.

Первый тип кризиса связан с кризисом удовлетворения и часто включает как разрешающий механизм психологическую защиту. Если для человека на каком-то этапе и в каких-то обстоятельствах чрезвычайно важно пережить чувство удовлетворения, и ему становятся в тягость негативные переживания, то любая трудность воспринимается как трагедия. У него возникает душевная боль, ощущение катастрофы. Тогда включаются механизмы психологической защиты, суть которых – искажение реальности. Человек как бы не видит и не слышит, что происходит в действительности. Смысл происходящего блокируется для сознания.

Человек не допускает для себя осознание происходящего. Сознание прибегает к ряду уловок: подмене содержания, забыванию существенного, внушению, что это – ерунда, толкованию совсем в другой плоскости, приписыванию ведущей роли другим людям и обстоятельствам и т.п. Рационализация (удобное объяснение), девальвация (а виноград-то зелен), проекция (это не я – это он такой) и, наконец, вытеснение из сознания намеренно-ненамеренное, честное забывание неприятных обстоятельств  – типичные варианты психологической защиты, включения механизмов искажения реальности.

Когда на человека «сваливаются» грозные обстоятельства, ему становится настолько тяжело, что он как бы замирает и отстраняется. Не принимает и не допускает, что это происходит с ним, именно с ним. Эта фаза неприятия характерна для реакции на экстремальные факторы. Биологически это оправдано. У животных многих видов реакция каталептической неподвижности при опасности (прикинуться мертвым) распространена. Нечто подобное, но без внешних выражений происходит в этой фазе и с человеком. Рациональный смысл – авось пронесет. Здесь психика защищается от непосильных переживаний.

К сожалению, этот тип реакции у многих людей возникает на значительно менее сильную стимуляцию. Человек включает фильтры и не видит неприятного, в том числе своих дурных поступков, которые он видеть не хочет. В самосознании и в восприятии других возникают устойчивые искажения. Накапливаясь, они делают человека неадекватным обстоятельствам и себе. Он не видит себя и обстоятельства без сильных, угодных ему, искажений. Это ведет к другим типам кризисов.

Очень часто неправильное использование механизмов защиты приводит к неврозу. Выход из этого кризиса – только в межличностных отношениях, когда в благожелательной обстановке человек вдруг прозревает и начинает ощущать свою неадекватность. В частности, с этой целью проводятся групповые психологические тренинги коммуникативной способности.

Второй тип кризиса – фрустрация. Преодолеть его помогают рационалистические механизмы – механизмы поиска новых форм поведения. Этот тип кризиса возникает, когда человек, испытывая какую-то сильную потребность, не может ее удовлетворить, потому что в его арсенале нет (или он не находит) подходящих средств воздействия на внешние обстоятельства.

Типичная картина такова: сначала человек выбирает поведение, которое может, в принципе, привести к успеху, причем поведение это достаточно хорошо организовано. Но результат не достигается, вторая попытка кончается также неудачей, начинаются вариации – опять безрезультатно. Человек многократно повторяет безнадежное поведение, или он модифицирует его так, чтобы действовать было легче, но это поведение уже, в принципе, желательного результата дать не может. Сначала он это осознает, а потом уже не осознает и продолжает бессмысленное (в плане его намерений) поведение, расходуя силы, время и усиливая внутреннюю напряженность.

Параллельно происходит дезорганизация самого этого поведения: оно хуже упорядочено. Наконец, человек как бы «залипает» на цели и способе: пусть я умру, но сделаю это только таким способом. Затем, если изменились обстоятельства, появилась возможность выйти из ситуации, сменив цель и деятельность, он сделать этого уже не может.

Выход из кризиса обеспечивается рационалистическими механизмами: терпением и синтезом новой поведенческой формы. Нужно отставить во времени удовлетворение потребности, прекратить всякую деятельность, осознать степень соответствия действия  поведенческому смыслу; поискать подходящий вариант другой формы поведения с тем же смыслом, проверить важность цели, возможность и осуществимость отказа от нее. Отказаться от действия – стать субъективно свободнее. Затем следует еще раз вернуться к другим формам адекватного поведения. Тут возможен инсайт (озарение) – «а ларчик просто открывался».

Надо попробовать достигнуть желаемого, осознать затраченный ресурс (время, энергия и другие ценности), свободно решить отказаться или продолжить, все время возвращаться к чувству: я могу этого не делать. И самое главное при этом типе кризиса – не подменять реальность, видеть ее такой, какая она есть, запастись терпением, модифицировать свои способности, ни в коем случае не сползти к неадекватным действиям, а искать реальный способ разрешающего поведения:. Внутреннее поведение нужно точно согласовать с реальностью и помнить, но максимально спокойно, о времени.

Третий тип кризиса – ценностный кризис. В его основе лежит борьба мотивов. Человек всегда включен в многообразные отношения, реализуемые разными деятельностями, каждая из которых имеет свои ведущие мотивы. Борьба реализуемых отношений во внутреннем мире выступает как борьба мотивов. Выбор мотива, имеющего право на реализацию сейчас, связан с построением иерархии мотивов в соответствии с принимаемой личностью системой ценностей.

Отношения между ценностью и мотивом очень непростые. Мотив всегда энергетически и эмоционально заряжен, он – двигатель осуществления деятельности. Он всегда индивидуален. Он всегда только мой: моя психика отводит энергию этому мотиву в соответствии с моей индивидуальностью. Причем мое сознание может этого не осознавать.

Ценностьэто то, что и мое и одновременно взято из общечеловеческой культуры. Ее приоритет среди других мотивов осознается более-менее четко. Это то, «как должно быть» по социально принятым правилам. Отсюда трудности: планируемое на языке ценностей может в реальности оказаться не соответствующим истинно заряженным энергией мотивам. Что важно, то оказалось слабо мотивированным, и наоборот. Ценность проходит сложный путь, пока не станет истиной, действительно энергетически значимым мотивом.

Таким образом, суть ценностного кризиса в следующем.


Человек в ситуации столкновения мотивов не в состоянии сделать выбор. Не работает ценностная система. Человек колеблется, идет время, уходит ситуация, упускаются шансы, могут нарушаться отношения с другими, но он топчется на месте, он не в состоянии решиться.

Этот кризис имеет разные варианты. Самый простой – если неадекватна какая-то часть (не центральная) ценностной системы, процессы переделки этой части не так травматичны. Несколько более тяжелый случай, когда ценностная система изменилась в силу необратимого события, например, в случае смерти близкого человека. Его объективно уже нет. Но в нашем сознании он еще живет старой жизнью. Проходит ряд этапов, пока не осознается необратимость события, жизнь образа застывает в завершенности, он идеализируется и становится ценностным образом, занимая уже другое место, в другом ряду ценностной системы. Изменяется иерархия ценностей и мотивов – можно жить дальше.

Наиболее сложный случай возникает, когда вся система ценностей, которой руководствовался человек, оказывается несостоятельной – она привела к жизненному краху. Тогда есть два весьма противоречивых пути. Один – найти среди осколков разрушенной системы новое ядро смысла жизни: для чего, для кого дальше жить. И основываясь на нем, начать жить по-новому. Другой путь связан с истинно человеческой свободой, когда основная ценность, ради которой жил человек, не может оцениваться рассудком. Человек признает эту ценность соответствующей более высокой реальности, чем та, которая доступна земному рассудку. Эта ценность для человека больше, чем жизнь. Человек идет на все, чтобы не изменить ей и готов платить за это своей жизнью (иногда не только своей).

Четвертый тип кризиса – целостный кризис. Суть его такова. Выделяют теоретическое и практическое сознание. Теоретическое сознание строит конструкции на языке понятий и идеальных форм, которые могут быть совершенно оторванными от реальности. Оно не признает времени, ситуативности и мелочей. Оно очень свободно. В нем вечный человеческий дух. Но оно же планирует заказ на земное реальное практическое действие. В нем работают ценности и мотивы. Оно решает вопрос об осуществимости, но не осуществляет.

Практическое сознание огрубляет, «пригоняет» к месту и времени, имеющимся ресурсам, переводит на практический язык планы теоретического сознания. Практическому сознанию противостоят: теоретическое сознание, с одной стороны, и реальность – с другой. Воля – это тот механизм, который обеспечивает их согласие и соответствие. Самое важное – это устойчивость всей системы. Дело в том, что иерархия мотивов, принятая до начала осуществления планов, в процессе их реализации может измениться. То, что казалось очень желаемым до действия, под влиянием трудностей может потерять свою привлекательность.

«Услужливые» механизмы защиты готовы исказить реальность, чтобы уменьшить негативные переживания. Начнут изменяться образы, ситуации, и система мотивов «поползет»… Центральный механизм для выхода из этого кризиса – воля вместе с напряженно работающим творческим блоком, который все время создает новые комбинации ценностей, мотивов, эмоций, теоретического, практического сознания и реальности.

Воля есть не только сила – это механизм управления психикой, который может обещать и угрожать, приказывать и закрывать пути к отступлению. Здесь кризис – это кризис воли и творческого процесса. Такой кризис сопровождается разрывом отношений с близкими людьми. Человек как бы сжигает мосты, и только близкие люди или профессиональные психологи могут вернуть его к значимым контактам. Кто-то на какой-то срок должен взять на себя функции воли и творческого блока, но так, чтобы не разрушить уверенность человека в том, что дальше он справится сам. Иначе другой ему будет нужен всегда.

Психологические кризисы – это необходимые бури, рождающие новое. Вредны кризисы надуманные, когда люди в них играют, чтобы управлять другими. Тогда они разрушают себя, медленно, но верно.

В жизни человека присутствуют еще и так называемые нормативные кризисы, которые неизбежно возникают на жизненном пути большинства людей. Традиционно исследования этих кризисов концентрировались в рамках кризисов детства (кризис трех лет, подростковый и т.п.). Однако многие авторы (П. Ниемеля, Э. Эриксон) пишут не просто о наличии кризисов в жизни взрослого человека, но и о и необходимости для продолжения процесса развития.

Действительно, в течение кризисных периодов человек совершает важную духовную работу: выявляет противоречия между тем, кто он есть на самом деле и кем хотел бы быть, что имеет и что хотел бы иметь. В эти периоды он начинает понимать, что некоторые моменты своей жизни он переоценивал, а другие – недооценивал. Он может осознать, что не проявляет свои способности, не реализовывает идеалы. При этом может появиться смутное чувство, что с ним что-то не так. И лишь когда человек начинает понимать, что ему необходимо изменить что-то не в социальном окружении, а в себе самом, тогда он начинает строить новую жизнь на реальной основе. Так осуществляется процесс развития.

Сущностью каждого кризиса является выбор, который человек должен сделать. Выбор осуществляется между двумя альтернативными вариантами решения возрастных задач развития и сказывается на успешности и развитии всей последующей жизни. Э. Эриксон, как и большинство других исследователей выделяет три основных кризиса зрелости:

· кризис молодости;

· кризис «середины жизни»;

· кризис старости.

Рассмотрим специфику этих кризисов и особенности психологической поддержки человека в процессе их прохождения далее, а здесь в качестве рабочего определения кризиса примем следующее (Ю. Степанова).

Кризис – это столкновение двух реальностей (психической реальности человека с его системой мировоззрения, паттернами поведения и т.п.) и той частью объективной действительности, которая противоречит его предыдущему опыту.

Эта действительность уже воспринята человеком, но не преобразована. И преобразование ее затруднено или сейчас невозможно, так как для этого требуются качественно иные механизмы, в данный момент отсутствующие.

Хотя психологические кризисы бывают различного типа, некоторые моменты выхода из кризиса общие. Для преодоления кризиса можно использовать психотехники – специальные психологические приемы, имеющие различные теоретические истоки. На наш взгляд, наиболее эффективен гештальт-терапевтический комплекс психотехнических средств. Он способствует определенному направлению изменений в ходе психических процессов, как бы помогает вырваться из порочного круга.

Первый процесс, который при всей болезненности требует усиления – это осознавание своего актуального состояния. В кризисе этот далеко не всегда хорошо развитый уровень страдает значительно. Суть движения к развитию осознавания – это воспитание в себе установки «пассивного» наблюдателя своего потока сознания. Есть группа упражнений, способствующих этому. Например, следующее.

Явно существуют три крупных среза осознавания:

1) то, что я воспринимаю (слышу, вижу, ощущаю);

2) чувствую (приятно, неприятно, горько, обидно, больно, щекотно и т.п.);

3) думаю (мои мысли).

Надо постараться не вмешиваться в ход сознания, а только словесно фиксировать происходящее. Сядьте на стул, в кресло и вслух фиксируйте для себя эти стороны потока сознания – последовательно каждую область в течение 2 – 3 минут:

1) начинайте с произнесения своего полного имени: «я, Федоров Николай, вижу отчетливо …» и перечисляйте то, что видите перед собой с краткими определениями;

2) потом – «я чувствую, что у меня затекла правая нога … неудовлетворенность, досаду и т.п….».

Выполнить 2 – 3 таких цикла.

Сделайте то же стоя, лежа. Причем желательно не забывать, что у вас есть разные виды чувств: зрение, слух, осязание, обоняние, «суставное» чувство. Важно сосредоточиться на том, что ощущается в данный момент. Такого нейтрального наблюдателя в себе полезно воспитывать независимо от наличия кризиса, но в кризисной ситуации это поможет высветить для сознания то, что упускается как «деталь», которая, однако, может оказаться важной.

Другое упражнение направлено на осознавание того, что осознается лишь с сопротивлением. Называется этот процесс осознание противоположностей.

Каждое свойство и состояние человека могут быть обозначены точками на шкале с крайними полюсами: сильный – слабый, робкий – смелый и т.п. С одной стороны, обычно приятное и приемлемое для нас мы осознаем лучше, чем то, что нам неприятно знать о себе. Но это – мы: нельзя оторвать часть себя. С другой стороны, мы не свободны в выборе, если делаем его, закрыв глаза на какие-то свои с трудом осознаваемые чувства. А эта несвобода усиливает тревожность и скованность. Кризис часто делает восприятие себя однобоким, поэтому важно осознавать свои противоположности.

Делайте упражнения на обращение.

Например: «идет дождь» – что противоположно дождю? Я делаю массаж кому-то – что я ощущаю, если он делает массаж мне и т.п. Сделайте 20 – 30 таких обращений. Вообще поиграйте: переворачивайте слова, имеющие привычный смысл и т.п. Напишите список противоположных человеческих качеств. Отметьте свои качества, представьте, что противоположные качества – ваши. Дайте себе словесный отчет.

Третьим важным моментом для возникновения ситуации выхода из кризиса является интеграция разных сфер осознания. Здесь эффективны упражнения, когда одна и та же ситуация последовательно описывается на языке ощущений, эмоций и, наконец, мыслей. Например:

У меня сжаты челюсти, я чувствую напряжение жевательных мышц, иными словами, я сержусь, я злюсь. Я думаю, что в нашем обществе много несовершенного и т.п. Повторите это 2 – 3 раза. Понаблюдайте за своими ощущениями. Учтите, что кризисные переживания тоже станут по-своему интегрироваться.

Наконец, поскольку кризис всегда связан с эмоциональным напряжением, которое может приводить к дезорганизации поведения и тонкого согласования психических процессов, то умение регулировать его (расслабляться и мобилизовываться) всегда очень полезно. Мышечное расслабление способствует снятию психического напряжения, поэтому в аутотренинге следует применять упражнения на расслабление. Но эти упражнения лишь часть того, что необходимо. Есть еще одно эффективное упражнение: моя комната («мой дом»).

Сядьте, расслабьтесь и начните строить в воображении свою любимую комнату с видом на озеро, в лес или куда-то еще. Обставьте ее, как вы хотите, представьте свое кресло, свое любимое место в ней. Запомните ее и мысленно уходите в нее отдыхать в любое время в течение дня. Побудьте в ней 5 – 7 минут, и вы ощутите прилив сил.

Мы перечислили лишь несколько примеров. В литературе можно найти много других упражнений. Но мы хотели только показать некоторые приемы, помогающие продуктивно пройти через кризис /11/.